Главная / Гражданское право и гражданские споры / Злоупотребление правом. Недобросовестные действия лица. Ст 10 УК РФ

Злоупотребление правом. Недобросовестные действия лица. Ст 10 УК РФ

 

 IMG_1887Адвокат города Саратова и Саратовской области Боряев Андрей Александрович      оказывает квалифицированную юридическую помощь и услуги на профессиональной основе по гражданским делам (арбитражные суды, суды общей юрисдикции).

Гражданский кодекс РФ регулирует все виды правоотношений с которыми физическому или юридическому лицу приходится сталкиваться в повседневной деятельности.

Многие моменты правоотношений дополнительно регулируются специальными законами или иными нормативно-правовыми актами.

 

В случае если у Вас возник вопрос, касающийся Ваших гражданских прав, Вы можете проконсультироваться у меня по телефону или согласовать время очной консультации, а также задать свой вопрос,  перейдя по ссылке  "задать свой вопрос адвокату".

 

Также могу оказать юридическую помощь дистанционно (удаленно), для чего пройдите по ссылке Моя помощь жителям других городов 

 

Адрес: Россия, г. Саратов, ул Чернышевского,  д. 60/62, оф. 509. 

Здание "Фрегат" напротив бассейна "Саратов", (район ледового дворца спорта «Кристалл», район Городского парка.) 

Телефон: +7 (8452) 32- 47- 97, в федеральном формате: +7 962-622-47-97

 E-mail: 324797@mail.ru 

 

 

Позиция ВС РФ: Если факт злоупотребления правом со стороны дольщика, уклоняющегося (отказывающегося) от принятия объекта, установлен, суд по общему правилу отказывает во взыскании неустойки за нарушение срока передачи объекта

 

Пункт 25 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.12.2013)

Суд отказывает во взыскании неустойки за нарушение предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства, установив факт злоупотребления правом со стороны такого участника, который уклоняется или отказывается от принятия объекта долевого строительства в указанный срок (за исключением случая, когда участник долевого строительства предъявил застройщику требование о составлении акта о несоответствии объекта долевого строительства требованиям к его качеству).

п. 25 Обзора практики 

При установлении судом злоупотребления правом со стороны участника долевого строительства, который уклоняется или отказывается от принятия объекта долевого строительства в установленный срок (за исключением случая, когда участником долевого строительства предъявлено застройщику требование о составлении акта о несоответствии объекта долевого строительства установленным требованиям к качеству объекта долевого строительства), окончание периода просрочки исполнения обязательства застройщика по передаче участнику долевого строительства объекта долевого строительства определяется днем составления застройщиком одностороннего акта (иного документа) о передаче объекта долевого строительства.

Суд отказывает во взыскании неустойки за нарушение предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства, установив факт злоупотребления правом со стороны участника долевого строительства, который уклоняется или отказывается от принятия объекта долевого строительства в установленный срок (за исключением случая, когда участником долевого строительства предъявлено застройщику требование о составлении акта о несоответствии объекта долевого строительства установленным требованиям к качеству объекта долевого строительства).

Пример 1. Между Р. и ООО "Тикон" заключен договор участия в долевом строительстве квартиры в многоквартирном доме, в соответствии с которым застройщик обязался передать Р. указанную квартиру не позднее 31 декабря 2008 года. Застройщиком допущена просрочка исполнения обязательства по окончанию строительства и сдаче дома в эксплуатацию, передаточный акт подписан сторонами 16 апреля 2010 года.

Ленинградский районный суд города Калининграда, установив ненадлежащее исполнение обязательств застройщиком и исходя из даты подписания указанного передаточного акта, взыскал в пользу Р. с ООО "Тикон" неустойку за нарушение предусмотренного договором срока передачи объекта долевого строительства и денежную компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда пришла к выводу о возможности уменьшения подлежащих взысканию в пользу Р. денежных сумм, указав следующее. Принимая во внимание двусторонний акт приема-передачи квартиры от 16 апреля 2010 года, Ленинградский районный суд города Калининграда проигнорировал ранее принятое решение Московского районного суда города Калининграда, приобщенное к материалам дела, согласно выводам которого Р. уклонялся от принятия квартиры, в связи с чем в соответствии с частью 6 статьи 8 Федерального закона "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости" и заключенным сторонами договором участия в долевом строительстве ООО "Тикон" 30 ноября 2009 года был составлен односторонний акт о передаче объекта долевого строительства. При этом платежи со стороны Р. производились с просрочкой, окончательный расчет по договору произведен в период рассмотрения дела Ленинградским районным судом города Калининграда (16 апреля 2010 года).

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда, соглашаясь с выводами Ленинградского районного суда города Калининграда относительно просрочки исполнения обязательства застройщика по сдаче жилого дома в эксплуатацию, а также по передаче квартиры истцу в предусмотренный договором срок - до 31 декабря 2008 года, сочла, что эта просрочка имела место в период с 1 января 2009 года до составления указанного одностороннего акта. С учетом степени вины застройщика, принимая во внимание, что размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, судебная коллегия на основании статьи 333 ГК РФ уменьшила размер неустойки, рассчитанной в соответствии со статьей 6 (часть 2) Федерального закона "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости". Одновременно с учетом длительности нарушенного обязательства, характера и объема причиненных истцу нравственных страданий, вины исполнителя судебная коллегия уменьшила размер компенсации морального вреда, взысканной в пользу Р. решением районного суда.

Пример 2. Решением Сестрорецкого районного суда города Санкт-Петербурга отказано в удовлетворении требования Л. о взыскании неустойки за нарушение срока передачи квартиры, предусмотренного договором участия в долевом строительстве жилья, в связи с тем, что такое нарушение возникло в результате действий самого истца, у которого отсутствовали основания для отказа в принятии квартиры по причине наличия в ней недостатков. Определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда решение районного суда оставлено в силе.

 

 

 

 

  • Установив факт злоупотребления правом, например, в случае намеренного без уважительных причин длительного непредъявления кредитором, осведомленным о смерти наследодателя, требований об исполнении обязательств, вытекающих из кредитного договора, к наследникам, которым не было известно о его заключении, суд согласно п. 2 ст. 10 ГК РФ отказывает кредитору во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за весь период со дня открытия наследства, поскольку наследники не должны отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны кредитора. 

п. 61.Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее). Проценты, подлежащие уплате в соответствии со статьей 395 ГК РФ, взимаются за неисполнение денежного обязательства наследодателем по день открытия наследства, а после открытия наследства за неисполнение денежного обязательства наследником, по смыслу пункта 1 статьи 401 ГК РФ, - по истечении времени, необходимого для принятия наследства (приобретения выморочного имущества). Размер задолженности, подлежащей взысканию с наследника, определяется на время вынесения решения суда.

Вместе с тем, установив факт злоупотребления правом, например, в случае намеренного без уважительных причин длительного непредъявления кредитором, осведомленным о смерти наследодателя, требований об исполнении обязательств, вытекающих из заключенного им кредитного договора, к наследникам, которым не было известно о его заключении, суд, согласно пункту 2 статьи 10 ГК РФ, отказывает кредитору во взыскании указанных выше процентов за весь период со дня открытия наследства, поскольку наследники не должны отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны кредитора.

 

  • Позиция ВС РФ: Если факт злоупотребления правом со стороны работника установлен, суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе
  • Пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2
  • Если установлен факт злоупотребления работником правом, суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

 

 

 

  • Позиция ВС РФ: Прекращение организацией-монополистом энергоснабжения организаций-должников, приведшее к нарушению прав добросовестных граждан-потребителей, может быть расценено как злоупотребление правом
  • Если занимающая монопольное положение на рынке организация, имея реальную возможность решить вопрос о взыскании задолженности с организаций-должников в судебном порядке, применила такой способ самозащиты своих прав, который привел к нарушению прав граждан-потребителей, своевременно и добросовестно вносящих необходимые платежи, то действия данной организации по прекращению энергоснабжения следует расценивать как злоупотребление правом и доминирующим положением.
  • Примечание. Акт принят до внесения изменений в ст. 10 ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ. Занимающая монопольное положение на рынке организация, отключив электроэнергию организациям-потребителям, оставила без питьевой воды жителей поселков, которые добросовестно оплачивали услуги по электро- и водоснабжению.

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 23 марта 2005 года

 

Дело N 10-Впр04-15

 

Судья Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцева Л.М., рассмотрев истребованное по представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Звягинцева А.Г. дело по иску заместителя прокурора Кировской области в интересах Ч. и других граждан к ОАО "Кировэнерго", МУП ЖКХ пос. Рудничный, МУП ЖКХ пос. Светлополянск о признании незаконными действий ОАО "Кировэнерго" по прекращению водоснабжения жилого фонда поселков,

 

установил:

 

заместитель прокурора Кировской области в интересах Ч. и других граждан обратился в суд с иском к ОАО "Кировэнерго", МУП ЖКХ пос. Рудничный, МУП ЖКХ пос. Светлополянск о признании незаконными действий ОАО "Кировэнерго" по прекращению энергоснабжения на головное сооружение водоснабжения МУП ЖКХ пос. Светлополянск и водонапорную башню МУП ЖКХ пос. Рудничный, ссылаясь на то, что в результате действий ответчиков существенно нарушаются права граждан, добросовестно и своевременно оплачивающих коммунальные услуги, поскольку привели к прекращению подачи питьевой воды в дома жилого фонда поселков.

Решением Верхнекамского районного суда Кировской области от 21 ноября 2003 года требования заместителя прокурора Кировской области в защиту интересов Ч. и других граждан удовлетворены частично. Признаны незаконными действия МУП ЖКХ пос. Рудничный и МУП ЖКХ пос. Светлополянск по прекращению подачи питьевой воды в жилой фонд этих поселков. В остальной части в иске отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 27 января 2004 года решение оставлено без изменения.

В представлении заместитель Генерального прокурора Российской Федерации Звягинцев А.Г. просит судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, отменить в части, в которой в иске отказано, и принять новое решение об удовлетворении заявленных требований.

Определением судьи Верховного Суда РФ от 19 ноября 2004 года дело истребовано в Верховный Суд РФ.

Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - президиум Кировского областного суда.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

В представлении заместитель Генерального прокурора Российской Федерации указывает, что судом были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся, по его мнению, в следующем.

Отказывая в удовлетворении требования прокурора о признании незаконными действий ОАО "Кировэнерго", суд исходил из того, что ответчик не является стороной договора энергоснабжения и поэтому не имеет никаких обязательств перед гражданами и, следовательно, их права не нарушал.

Однако суд не учел, что ОАО "Кировэнерго" занимает монопольное положение на рынке. Организации-потребители электрической энергии не имеют других источников электроэнергии, сами муниципальные унитарные предприятия жилищно-коммунального хозяйства не вырабатывают электроэнергию, являясь лишь посредниками между энергоснабжающей организацией и гражданами. Отключая электроэнергию, ОАО "Кировэнерго" оставило без питьевой воды жителей поселков, в том числе истцов, которые относятся к социально незащищенной категории лиц. При этом истцы добросовестно оплачивали и оплачивают услуги по электро- и водоснабжению.

Несмотря на то, что ОАО "Кировэнерго" имеет реальную возможность решить вопрос о взыскании сумм задолженности с организаций-должников в судебном порядке, оно применило такой способ самозащиты своих прав, который привел к нарушению прав граждан-потребителей, своевременно и добросовестно вносящих необходимые платежи. Поэтому действия ОАО "Кировэнерго" следует расценивать как злоупотребление правом и доминирующим положением, что не допускается законом.

Согласно ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Аналогичное положение содержится в ст. 5 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (с последующими изм. и доп.), запрещающей действия (бездействие) хозяйствующего субъекта (группы лиц), занимающего доминирующее положение, которые имеют либо могут иметь своим результатом недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других хозяйствующих субъектов.

 

КонсультантПлюс: примечание.

В тексте документа, видимо, допущена опечатка: имеется в виду пункт 6 Порядка, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.01.1998 N 1, а не пункт 6 Постановления.

 

Кроме того, п. 6 Постановления Правительства РФ от 5 января 1998 г. N 1 "О порядке прекращения или ограничения подачи электрической и тепловой энергии и газа организациям-потребителям при неоплате поданных им (использованных ими) топливно-энергетических ресурсов" предусмотрено, что в случаях, когда к сетям, принадлежащим организации-потребителю, подключены абоненты, которые своевременно оплачивают использованные топливно-энергетические ресурсы, организация-потребитель обязана по соглашению с энергоснабжающей или газоснабжающей организацией обеспечить подачу этим абонентам топливно-энергетических ресурсов в необходимых для них объемах.

Однако в данном случае такая подача обеспечена не была. Договор энергоснабжения с добросовестными плательщиками-гражданами расторгнут в одностороннем порядке в нарушении ст. 546 ГК РФ.

В результате незаконных действий ОАО "Кировэнерго" без водопроводной воды осталось 11137 человек. Электроэнергия является необходимым элементом технологического процесса подачи воды жителям поселков Рудничный и Светлополянск, прекращение ее подачи на объекты водоснабжения исключает возможность обеспечения водой граждан, своевременно и добросовестно вносящих необходимые платежи, а также создает угрозу возникновения и распространения инфекционных и массовых неинфекционных заболеваний.

Приведенные доводы представления заслуживают внимания, в связи с чем дело вместе с представлением прокурора и настоящим определением следует направить для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 384 Гражданского процессуального кодекса РФ,

 

определил:

 

дело по иску заместителя прокурора Кировской области в интересах Ч. и других граждан к ОАО "Кировэнерго", МУП ЖКХ пос. Рудничный, МУП ЖКХ пос. Светлополянск о признании незаконными действий ОАО "Кировэнерго" по прекращению водоснабжения жилого фонда поселков направить для рассмотрения по существу в президиум Кировского областного суда.

 

 

  • Позиция ВС РФ: Совершение родителем сделки по отчуждению жилого помещения с целью ущемить права детей может свидетельствовать о несоответствии сделки основам правопорядка и нравственности и злоупотреблении правом
  • Совершение родителем, сознательно не проявляющим заботу о благосостоянии детей и фактически оставляющим детей без родительского попечения, умышленных действий, которые направлены на заключение сделки по отчуждению жилого помещения (или доли в праве собственности на жилое помещение) в пользу иного лица, с целью ущемить права детей, в том числе жилищные, может свидетельствовать о несовместимом с основами правопорядка и нравственности характере подобной сделки и злоупотреблении правом.

Примечание. Акт принят до внесения изменений в ст. 169 ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ.

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 15 октября 2013 г. N 5-КГ13-88

 

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Пчелинцевой Л.М. и Асташова С.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании 15 октября 2013 г. дело по иску Копыловой М.В., действующей в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., к Копылову П.Б., Семенову М.К. о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, аннулировании в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности на долю в жилом помещении

по кассационной жалобе Копыловой М.В., действующей в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., на решение Бутырского районного суда г. Москвы от 18 сентября 2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 ноября 2012 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М., объяснения Копыловой М.В. и ее представителя Бобровой Г.Ю., поддержавших доводы кассационной жалобы, объяснения Копылова П.Б. и его представителя Маркиной Л.А., возражавших против удовлетворения кассационной жалобы,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Копылова М.В., действующая в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., обратилась в суд с иском к Копылову П.Б., Семенову М.К. о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки, аннулировании в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности на долю в жилом помещении.

В обоснование иска Копылова М.В. указала на то, что с 29 июля 1994 г. по 22 июля 2008 г. состояла в браке с Копыловым П.Б. Бывшие супруги Копылова М.В. и Копылов П.Б. имеют двоих несовершеннолетних детей - дочь Копылову В., <...> года рождения, и сына Копылова О., <...> года рождения. Спорная квартира, расположенная по адресу: г. <...>, признана совместно нажитым имуществом, и после раздела совместно нажитого имущества супругов в спорной квартире ей и Копылову П.Б. принадлежало по 1/2 доли в праве собственности каждому. Впоследствии по договору дарения от 9 марта 2011 г. она подарила 1/3 доли от принадлежащей ей 1/2 доли в праве на спорную квартиру дочери Копыловой В. Тем самым в спорной квартире Копыловой М.В. принадлежало 1/3 доли, Копыловой В.П. - 1/6 доли и Копылову П.Б. - 1/2 доли. Копылова М.В. вместе с детьми зарегистрирована и постоянно проживает в спорной квартире, другого места жительства у них не имеется. Копылов П.Б., будучи зарегистрированным в спорной квартире, в 2005 году выехал из нее и больше в ней не проживал. По договору дарения от 20 апреля 2012 г. Копылов П.Б. подарил принадлежащую ему 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру Семенову М.К. Согласие органов опеки и попечительства на совершение данной сделки получено не было. Указанная сделка, по мнению истца, нарушает права несовершеннолетних Копылова О.П. и Копыловой В.П., поскольку заключена с нарушением закона и совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности.

Решением Бутырского районного суда г. Москвы от 18 сентября 2012 г. в удовлетворении иска Копыловой М.В., действующей в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 ноября 2012 г. решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Копылова М.В., действующая в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., ставит вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены вынесенных судебных постановлений и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы Копыловой М.В., действующей в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., 29 мая 2013 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 16 сентября 2013 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, которые выразились в следующем.

Судом установлено, что с 29 июля 1994 г. по 22 июля 2008 г. Копылова М.В. состояла в браке с Копыловым П.Б.

Бывшие супруги Копылова М.В. и Копылов П.Б. имеют двоих несовершеннолетних детей - дочь Копылову В., <...> года рождения, и сына Копылова О., <...> года рождения.

Предметом настоящего спора является двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: г. <...>, общей площадью 45,40 кв. метра, жилой площадью 30,10 кв. метра.

Решением Бутырского районного суда г. Москвы от 28 июля 2009 г., вступившим в законную силу, произведен раздел совместно нажитого имущества супругов и за Копыловой М.В. и Копыловым П.Б. признано право собственности на указанную квартиру по 1/2 доли в праве собственности за каждым.

9 марта 2011 г. Копылова М.В. подарила несовершеннолетней дочери Копыловой В.П. 1/3 доли от 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, что составляет 1/6 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру.

По договору дарения от 20 апреля 2012 г. Копылов П.Б. подарил принадлежащую ему 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру Семенову М.К. Государственная регистрация права Семенова М.К. на 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру произведена 4 мая 2012 г. Согласие органов опеки и попечительства на совершение данной сделки не испрашивалось.

На момент заключения договора дарения в спорной квартире были зарегистрированы Копылова М.В., Копылов П.Б. и их несовершеннолетние дети - Копылова В.П. и Копылов О.П.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований Копыловой М.В., действующей в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., суд исходил из того, что несовершеннолетние Копылова Виктория и Копылов Олег являются детьми Копыловой М.В. и Копылова П.Б., не лишенных в отношении детей родительских прав; дети не относятся к категории лиц, оставшихся без попечения родителей, поэтому согласие органов опеки и попечительства на сделку по отчуждению Копыловым П.Б. доли в праве собственности на квартиру не требовалось. При этом суд пришел к выводу, что оспариваемой сделкой права несовершеннолетних детей не нарушены, так как несовершеннолетние Копылова В.П. и Копылов О.П. проживают с матерью в спорной квартире, несовершеннолетний Копылов О.П. сохранил право пользования квартирой, Копыловой М.В. и несовершеннолетней Копыловой В.П. суммарно принадлежит 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру, поэтому проживание истца с детьми во всей квартире нарушает права другого собственника на совместное пользование жилым помещением и местами общего пользования.

С данными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что с выводами суда согласиться нельзя, так как они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к отношениям сторон и сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения договора дарения от 20 апреля 2012 г.) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу ст. 169 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения договора дарения от 20 апреля 2012 года) сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки В.В. Чадаевой" пункт 4 статьи 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 Постановления от 8 июня 2010 г. N 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

Согласно п. 1 ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей (п. 1 ст. 64 СК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 65 СК РФ обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

В силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

С учетом приведенных выше требований материального закона и правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П, по данному делу юридически значимым для правильного разрешения исковых требований Копыловой М.В. являлось выяснение вопроса о соблюдении Копыловым П.Б. при совершении сделки по отчуждению доли в праве собственности на жилое помещение жилищных и иных прав несовершеннолетних детей, зарегистрированных и постоянно проживающих в спорном жилом помещении.

Однако суд вопрос о соблюдении Копыловым П.Б. жилищных и иных прав несовершеннолетних детей при совершении им сделки по отчуждению принадлежащей ему доли в праве собственности на жилое помещение (договора дарения) в пользу Семенова М.К. применительно к настоящему делу исходя из положений СК РФ и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации не выяснял, ограничившись в решении общей ссылкой на то, что Копылов П.Б. родительских прав в отношении несовершеннолетних детей не лишен и после заключения договора дарения право пользования жилым помещением у детей сохранено, а жилищные права несовершеннолетних не могут являться предметом договора дарения.

Судом в настоящем деле нарушены требования процессуального закона к исследованию и оценке доказательств.

В соответствии с ч. 1 и ч. 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Обратившись в суд с требованием о признании договора дарения доли квартиры недействительным, истец Копылова М.В., действующая в интересах несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., в обоснование иска указывала на то, что в спорной квартире ответчик Копылов П.Б. не проживает с 2005 года, воспитанием детей не занимается, уклоняется от защиты их прав и законных интересов. В нарушение установленной законом обязанности заботиться о детях, в том числе об их достойном и максимально комфортном проживании в жилом помещении, он заключил безвозмездный договор отчуждения своей доли постороннему лицу, не члену семьи, вынуждая тем самым разнополых детей поселиться в одной комнате вместе с матерью, фактически принуждая детей соседствовать в одной квартире с посторонними людьми и создавая для детей жизненный дискомфорт. Копылов П.Б., полагала истец, действовал намеренно с целью лишить детей возможности пользоваться обеими комнатами квартиры в силу нежелания выполнять свой родительский долг.

В подтверждение оснований иска Копылова М.В. представила в суд ряд доказательств (характеристики на Копылову В. и Копылова О., выданные ГБОУ ЦО N 1682, справка руководителя психологической службы ГБОУ ЦО N 1682 о психологическом состоянии Копыловой В. и другие документы).

Между тем судом имеющие существенное правовое значение для правильного разрешения настоящего спора фактические основания иска Копыловой М.В. и доказательства, их подтверждающие, при рассмотрении дела не были проверены и исследованы с учетом положений ст. 63 - 65 СК РФ и п. 4 ст. 292 ГК РФ, как того требует ст. 67 ГПК РФ.

Таким образом, суд, по сути, уклонился от осуществления правосудия по данному гражданскому делу, мотивируя отказ в удовлетворении исковых требований Копыловой М.В. о признании договора дарения доли квартиры недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ, положениями ст. 209 ГК РФ о правомочиях собственника, подразумевая, что отец несовершеннолетних детей, Копыловой В. и Копылова О., Копылов П.Б. как собственник 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру мог распорядиться ею по собственному усмотрению, в частности подарить иному лицу. Тем самым суд фактически освободил Копылова П.Б. от выполнения обязанностей родителя по созданию нормальных жилищных и иных условий для своих детей, возложив данную обязанность лишь на мать несовершеннолетних Копылову М.В., чем также допустил нарушение норм ст. 61 СК РФ, согласно которой родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей.

В обоснование иска Копылова М.В. ссылалась не только на нормы ст. 168 ГК РФ, но и на нормы ст. 169 ГК РФ о недействительности сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и нравственности.

К таким сделкам можно отнести, в частности, сделки, нарушающие основополагающие принципы российского правопорядка, определенные в Конституции Российской Федерации.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 38, Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей.

С учетом положений Конституции Российской Федерации и правовых позиций, отраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки В.В. Чадаевой", совершение родителем, сознательно не проявляющим заботу о благосостоянии детей и фактически оставляющим детей без своего родительского попечения, умышленных действий, направленных на совершение сделки по отчуждению жилого помещения (или доли в праве собственности на жилое помещение) в пользу иного лица, с целью ущемления прав детей, в том числе жилищных, может свидетельствовать о несовместимом с основами правопорядка и нравственности характере подобной сделки и злоупотреблении правом. Судом нормы ст. 169 ГК РФ в таком контексте к разрешению спора применены не были.

В связи с изложенным решение суда первой инстанции и определение суда апелляционной инстанции, оставившее его без изменения, нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов несовершеннолетних Копыловой В.П. и Копылова О.П., в интересах которых действует истец, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений, а дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении данного дела суду надлежит учесть изложенное и разрешить дело в соответствии с требованиями закона.

Судебная коллегия находит необходимым также обратить внимание на следующее.

В судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации истец пояснила, что после принятия судами первой и апелляционной инстанций обжалуемых судебных постановлений спорная 1/2 доли в праве собственности на квартиру неоднократно отчуждалась по гражданским сделкам ее собственниками, в связи с чем в производстве суда находятся иные гражданские дела, связанные с правами в отношении данной квартиры. Эти обстоятельства не отрицались стороной ответчика.

Соответственно, суду при новом рассмотрении настоящего дела также необходимо обсудить вопрос об объединении соответствующих гражданских дел в одно производство для их совместного рассмотрения в порядке ст. 151 ГПК РФ в целях своевременного и правильного разрешения возникшего в отношении квартиры спора.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 387, 388, 390 ГПК РФ,

 

определила:

 

решение Бутырского районного суда г. Москвы от 18 сентября 2012 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 20 ноября 2012 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Бутырский районный суд г. Москвы.

 

 

  • Позиция КС РФ, ВС РФ: Не имеющее оснований обращение гражданина в госорганы и органы местного самоуправления с намерением причинить вред другому лицу является злоупотреблением правом

 

  • Если обращение гражданина в государственные органы и органы местного самоуправления не имеет никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то имеет место злоупотребление правом.

 

 

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 февраля 2014 г. N 382-О

 

 

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА

ОХЛОПКОВА ЕВГЕНИЯ ВИКТОРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО

КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ТРЕТЬИМ СТАТЬИ 1100

ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Е.В. Охлопкова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

 

установил:

 

1. Решением суда общей юрисдикции с гражданина Е.В. Охлопкова в пользу гражданки И. взыскана сумма 20 000 рублей компенсации морального вреда, причиненного в результате ее привлечения к уголовной ответственности и возбуждения уголовного дела частного обвинения по части первой статьи 130 "Оскорбление" УК Российской Федерации (признана утратившей силу Федеральным законом от 7 декабря 2011 года N 420-ФЗ), завершившегося через год постановлением оправдательного приговора. Суд указал, в частности, что ответчик, являясь профессиональным адвокатом и обладая профессиональными юридическими знаниями, должен был предвидеть, с учетом конкретных обстоятельств дела, результат возможной необоснованности выдвинутого обвинения и причинения данным обвинением имущественного ущерба и морального вреда. Суд также указал, что в нарушение положений части первой статьи 56 ГПК Российской Федерации ответчик не представил доказательств, опровергающих доводы И. о том, что инициирование частного обвинения имело целью причинить ей вред исходя из сложившихся между истицей и ответчиком взаимоотношений.

Оставляя упомянутое решение без изменения в данной части, суд апелляционной инстанции со ссылкой на правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащиеся, в частности, в Постановлении от 17 октября 2011 года N 22-П, определениях от 25 января 2007 года N 136-О-О и от 28 мая 2009 года N 643-О-О, указал на право истицы обратиться в порядке гражданского судопроизводства с требованием о компенсации частным обвинителем морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В определении об отказе в передаче кассационной жалобы на упомянутые судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции указано, что, по смыслу положения статьи 1100 ГК Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, ответственность частного обвинителя в таком случае также наступает независимо от его вины.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации Е.В. Охлопков просит признать не соответствующими статьям 45 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации положения статьи 1100 ГК Российской Федерации (фактически - абзац третий данной статьи) в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают возможность взыскивать с частного обвинителя компенсацию морального вреда в пользу оправданного лица за незаконное привлечение к уголовной ответственности, полагая, что подача гражданином заявления о возбуждении дела частного обвинения - так же как и заявления о преступлении публичного или частно-публичного обвинения - не может рассматриваться как привлечение лица к уголовной ответственности.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, уголовные дела частного обвинения, по общему правилу, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым (часть вторая статьи 20 УПК Российской Федерации). При этом такое заявление не только признается поводом к возбуждению уголовного дела, но и рассматривается в качестве обвинительного акта, в рамках которого осуществляется уголовное преследование. Устанавливая эти правила, законодатель исходил из того, что соответствующие преступления не представляют значительной общественной опасности и их раскрытие обычно не вызывает трудностей, в связи с чем потерпевший сам может осуществлять уголовное преследование - обращаться за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывать как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в иных ситуациях (по делам частно-публичного и публичного обвинения) процессуальные стадии досудебного производства (постановления от 27 июня 2005 года N 7-П и от 17 октября 2011 года N 22-П).

В этой связи Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляя право потерпевшего по делам частного обвинения непосредственно заявлять о совершенном в отношении него преступлении в суд (часть первая статьи 318) и предоставляя ему с момента принятия судом такого заявления к своему производству статус частного обвинителя (часть седьмая статьи 318), наделяет его для защиты своих интересов в судебном разбирательстве рядом процессуальных прав, равных правам государственного обвинителя (часть вторая статьи 43), в том числе правом выдвигать и поддерживать обвинение в суде (статья 22), представлять доказательства и участвовать в их исследовании, излагать суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства (часть пятая статьи 321); заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения суда, в том числе на постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, обжаловать приговор и судебные решения других инстанций, пользоваться помощью представителя, а также осуществлять иные полномочия, предусмотренные данным Кодексом (статья 42) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 сентября 2013 года N 1336-О).

В то же время в Определении от 28 мая 2009 года N 643-О-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Кроме того, в Определении от 2 июля 2013 года N 1058-О Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на необходимость учета разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц": если при рассмотрении дела суд установит, что обращение лица с заявлением в государственные органы и органы местного самоуправления не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, т.е. имело место злоупотребление правом, то компенсация морального вреда возможна. Это в полной мере соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации о том, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу (Постановление от 17 октября 2011 года N 22-П).

Конституционный Суд Российской Федерации указал также, что абзац третий статьи 1100 ГК Российской Федерации, закрепляющий основания компенсации морального вреда, и статья 152 ГК Российской Федерации, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту чести и доброго имени, находятся в общей системе правового регулирования, а потому суды общей юрисдикции при их применении вправе и обязаны обеспечивать баланс интересов, при котором равному признанию и защите подлежало бы как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования. Это в полной мере согласуется с предписаниями статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в соответствии со статьей 15 (часть 1), будучи нормой прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел.

Таким образом, оспариваемое законоположение в его конституционно-правовом смысле, выявленном ранее Конституционным Судом Российской Федерации, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя в указанном им аспекте.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

 

определил:

 

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Охлопкова Евгения Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

 

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

 

 

 

  • Позиция ВС РФ: Сохранение гражданином, расторгшим договор социального найма, регистрации в квартире является злоупотреблением правом, если он длительное время не проживает в ней, выехал добровольно, прекратил выполнять обязательства по договору

  • Лицо, которое, не проживая в муниципальной квартире продолжительное время, сохраняет в ней регистрацию, злоупотребляет своим правом (абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ), если оно в добровольном порядке выехало со спорной жилой площади, расторгло в отношении себя договор социального найма квартиры, прекратило выполнять обязательства по договору и по оплате коммунальных платежей.
Примечание. Акт принят до внесения изменений в ст. 10 ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ.

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 марта 2008 г. N 5-В07-165

 

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кнышева В.П.

судей Горшкова В.В., Пчелинцевой Л.М.

рассмотрела в судебном заседании дело по иску П. к Г.Ю.М. о признании договора найма расторгнутым и прекращенным, признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, по надзорной жалобе П. на решение Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 8 февраля 2006 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 27 апреля 2006 года и постановление президиума Московского городского суда от 24 мая 2007 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горшкова В.В., выслушав объяснения П., поддержавшей доводы надзорной жалобы, Г.Ю.М., возражавшего против удовлетворения жалобы, полагавшего судебные постановления не подлежащими отмене, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,

 

установила:

 

П. обратилась в суд с иском к Г.Ю.М. о признании расторгнутым договора социального найма квартиры <...>, признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета.

В обоснование заявленных требований истица указала, что нанимателем спорной квартиры являлась ее мать Л. Истица состояла с ответчиком в браке с 1984 года, в 1985 году после рождения дочери - Г.И.Ю. ответчик был вселен и зарегистрирован в спорной квартире как член семьи. В 1988 году их брак расторгнут, и ответчик добровольно выехал из квартиры, а в 1989 году зарегистрировал брак с Г.И.Н. (Т.) и стал проживать в ее квартире по адресу: <...>, но сохранил в спорной квартире регистрацию. Умершая 23 октября 2001 года Л. при жизни неоднократно ставила вопрос о признании бывшего зятя утратившим право пользования квартирой и о расторжении с ним договора найма жилого помещения, однако решением Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 18 декабря 2000 года в иске было отказано.

Поскольку Г.Ю.М. в квартиру не вселился, коммунальные платежи не вносит, П. обратилась в суд с названным иском, считая, что ответчик от своих прав и обязанностей в отношении спорной квартиры отказался добровольно, в связи с чем договор социального найма с ним является расторгнутым со дня выезда на основании ч. 3 ст. 83 Жилищного кодекса РФ. В дополнении к исковому заявлению истица просила признать ответчика утратившим право пользования квартирой и возложить на ОВД района "Дорогомилово" г. Москвы обязанность по снятию Г.Ю.М. с регистрационного учета.

Решением Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 8 февраля 2006 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 27 апреля 2006 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением заместителя Председателя Верховного Суда РФ Нечаева В.И. от 26 апреля 2007 года дело с надзорной жалобой П. передано для рассмотрения по существу в президиум Московского городского суда.

Постановлением президиума Московского городского суда от 24 мая 2007 года решение Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 8 февраля 2006 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 27 апреля 2006 года оставлены без изменения, надзорная жалоба П. - без удовлетворения.

В надзорной жалобе П. просит судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, отменить.

Определением судьи Верховного Суда РФ Горшкова В.В. от 29 августа 2007 года дело истребовано в Верховный Суд РФ.

Определением судьи Верховного Суда РФ Горшкова В.В. от 4 февраля 2008 года дело передано для рассмотрения по существу в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, незаконными и подлежащими отмене.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

При рассмотрении данного дела существенное нарушение норм материального права допущено судом первой, второй и надзорной инстанции.

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что не проживание Г.Ю.М. в спорной квартире вызвано уважительными причинами - сложившимися с истицей неприязненными отношениями и созданием у них новых семей, а кроме того, тем, что ответчик на другое постоянное место жительства не выезжал, прав на иное жилое помещение не приобрел.

С такими выводами суда согласилась судебная коллегия по гражданским делам и президиум Московского городского суда.

Между тем, в соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Положения данной нормы распространяются не только на нанимателя квартиры, но и на бывших членов его семьи, с которыми договор социального найма считается расторгнутым со дня выезда, если они выехали на иное постоянное место жительства и тем самым добровольно отказались от своих прав и обязанностей, предусмотренных договором социального найма.

Судом установлено, что спорная жилая площадь представляет собой муниципальную отдельную двухкомнатную квартиру <...>. Стороны состояли в зарегистрированном браке с декабря 1984 года. От брака у них имеется дочь Г.И.Ю. 1985 года рождения. 4 декабря 1985 года Г.Ю.М. как супруг вселен в спорную квартиру и зарегистрирован. В 1988 году брак сторон расторгнут, после чего Г.Ю.М. добровольно выехал из спорной квартиры. В 1989 году ответчик зарегистрировал брак с Г.И.Н. (Т.) и вселился в ее квартиру по адресу: <...>, где проживает на момент рассмотрение дела в суде.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд не учел, что Г.Ю.М. после расторжения брака с истицей добровольно выехал из спорной квартиры и с момента выезда не несет расходов по содержанию жилья.

Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В силу статьи 1 Закона РФ от 25 июня 1993 года N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" каждый гражданин России имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства. Статьей 2 указанного Закона определено, что местом жительства является жилой дом, квартира, служебное жилое помещение, специализированные дома (общежитие, гостиница - приют, дом маневренного фонда, специальный дом для одиноких престарелых, дом-интернат для инвалидов, ветеранов и другие), а также иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Таким образом, Г.Ю.М. преимущественно проживает в квартире его супруги Г.И.Н. (Т.), расположенная <...>. В данной квартире ответчик проживает с 1989 года, с согласия всех проживающих в ней лиц. Вопрос о его выселении в установленном порядке с данной жилой площади не ставился.

Учитывая, что Г.Ю.М. остался проживать в квартире Г.И.Н. и после решения Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 18 декабря 2000 года, его отсутствие в спорной квартире, не может являться временным.

При вынесении решения суд, пришел к выводу о том, что исковые требования П. удовлетворению не подлежат, поскольку ответчик зарегистрирован на спорной жилой площади.

Данный вывод суда нельзя признать правильным, так как он основан на неправильном толковании и применении норм материального права, сам по себе факт регистрации Г.Ю.М. в спорной квартире не порождает право на данную жилую площадь, является административным актом.

Юридически значимым обстоятельством при разрешении данного спора является факт добровольного выбытия Г.Ю.М. из квартиры <...> на иное место жительства, где он проживает длительное время, отказавшись от прав и обязанностей в отношении спорной квартиры.

Суд при вынесении решения, не учел, что Г.Ю.М., имея реальную возможность пользоваться жильем, не вселялся в спорную квартиру после вынесения Дорогомиловским районным судом г. Москвы решения от 18 декабря 2000 года об отказе ГУП "ДЕЗ района Дорогомилово" и Л. в иске к нему о расторжении договора найма жилого помещения. Расходы по квартирной плате и коммунальным услугам ответчик не несет.

Согласно части 4 статьи 69 ЖК РФ если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

Г.Ю.М., сам в добровольном порядке выехал со спорной жилой площади, расторг в отношении себя договор социального найма квартиры <...> и прекратил выполнять обязательства по договору социального найма. В заседании судебной коллегии Г.Ю.М. подтвердил факт не проживания в спорной квартире и не вселения в нее, в том числе и после решения Дорогомиловского районного суда гор. Москвы от 18 декабря 2000 года. Обязательства по оплате коммунальных платежей он не выполняет.

Разрешая спор по существу, суд не учел указанные обстоятельства и действия Г.Ю.М., который, не проживая в спорной квартире более 18 лет, сохраняет в ней регистрацию, то есть злоупотребляет своим правом, что недопустимо в силу пункта 1 части 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ.

Оставляя состоявшиеся по делу судебные постановления без изменения, президиум Московского городского суда указал, что установленные судом обстоятельства вынужденности выезда Г.Ю.М. из спорной квартиры и отсутствие у него иного жилья свидетельствуют о сохранении за ним права на жилую площадь в муниципальной квартире <...>.

Данный вывод президиума Московского городского суда нельзя признать правильным, поскольку материалами дела подтверждается, что Г.Ю.М. более 18 лет не проживает в спорной квартире, сохраняя в ней лишь регистрацию. Между тем сам по себе факт регистрации или отсутствие таковой согласно ч. 2 ст. 3 Закона РФ "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" не может служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и законодательными нормами субъектов РФ.

Кроме того, из материалов дела видно, что ответчик, выехав в 1988 году из спорной квартиры, проживает с 1989 года постоянно с новой семьей в другой квартире, которая в течение столь длительного периода является его фактическим постоянным местом жительства и вопрос о его выселении из которой никогда не ставился, в связи с чем вывод судов о сохранении за ним права на жилую площадь в квартире бывшей жены - истицы по делу П. нельзя признать правильным.

Таким образом, учитывая, что факт выезда Г.Ю.М. из спорной квартиры в 1988 году в добровольном порядке является установленным, выводы судов об отказе в иске о расторжении с ним договора найма жилого помещения со дня выезда согласно ч. 3 ст. 83 ЖК РФ не правомерны и свидетельствуют об ошибочном толковании данной нормы.

Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, принять новое решение, не передавая дело для нового рассмотрения, поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении и толковании норм материального права.

Руководствуясь ст. ст. 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

решение Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 8 февраля 2006 года, определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 27 апреля 2006 года и постановление президиума Московского городского суда от 24 мая 2007 года отменить, принять новое судебное постановление, которым исковые требования П. удовлетворить. Признать Г.Ю.М. утратившим право на жилое помещение по адресу: <...> в связи с выездом в другое место жительства. Договор найма жилого помещения с Г.Ю.М. по адресу: <...> считать расторгнутым. Г.Ю.М. снять с регистрационного учета по адресу: <...>.

 

 

  • Позиция ВС РФ: Оспаривание договора поручительства контролирующим акционером поручителя при неплатежеспособности основного должника, контролируемого этим же лицом, является злоупотреблением правом, если кредитор по основному договору надлежаще исполнил свои обязательства, а основной договор не оспаривается

 

  • Должник и поручитель имели общих акционеров (участников) - истца и третьего лица, каждый из которых обладал 50 процентами общего количества голосов, приходящихся на акции, доли данных юридических лиц. Истец, с учетом объема его участия в уставном капитале должника, не мог не знать о крупных поставках товаров кредитором на значительные суммы. Сами поставки истец не оспаривал, не ставил под сомнение их целесообразность, не извещал поставщика о нарушении своих прав и законных интересов, соглашаясь с приемкой товаров.
  • Оспаривание истцом договора поручительства в ситуации, когда по сути неплатежеспособный основной должник, в значительной части контролируемый истцом, уже получил товар без внесения оплаты, направлено на освобождение подконтрольного также истцу поручителя, обладающего реальными активами, от исполнения договорных обязательств по обеспечительной сделке. Это представляет собой использование корпоративных правил об одобрении крупных сделок исключительно в целях причинения вреда кредитору.

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 сентября 2014 г. N 305-ЭС14-67

 

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Разумова И.В.,

судей Капкаева Д.В. и Шилохвоста О.Ю. -

рассмотрела в открытом судебном заседании жалобу (заявление) закрытого акционерного общества "Сони Электроникс" на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2013 (судьи Смирнов О.В., Кузнецова И.И., Лялина Т.А.) и постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 17.03.2014 (судьи Петрова В.В., Ананьина Е.А., Стрельников А.И.) по делу N А40-74217/2013 Арбитражного суда города Москвы.

В заседании приняли участие представители:

от закрытого акционерного общества "Сони Электроникс" - Бекещенко Э.А. (по доверенности от 02.09.2014), Ветошникова Е.О. (по доверенности от 21.08.2014), Хвалей В.В. (по доверенности от 02.09.2014);

от Зубкова Алексея Александровича - Туктамишев С.Б. (по доверенности от 29.08.2014).

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Разумова И.В., а также объяснения представителей закрытого акционерного общества "Сони Электроникс", поддержавших доводы жалобы (заявления), и представителя Зубкова А.А., просившего оставить оспариваемые судебные акты без изменения, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации,

 

установила:

 

Зубков Алексей Александрович обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к открытому акционерному обществу "Фототехника-почтой" (далее - общество "Фототехника-почтой") о признании недействительным договора поручительства от 30.08.2012 N 54, заключенного обществом "Фототехника-почтой" (поручителем) и закрытым акционерным обществом "Сони Электроникс" (кредитором; далее - общество "Сони Электроникс"), о применении последствий недействительности этой сделки в виде отмены обязательств общества "Фототехника-почтой", принятых им по договору поручительства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено общество "Сони Электроникс".

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.10.2013 (судья Константиновская Н.А.) в удовлетворении иска отказано, ходатайство третьего лица о привлечении его к участию в деле в качестве соответчика оставлено без удовлетворения.

Девятый арбитражный апелляционный суд определением от 04.12.2013 перешел к рассмотрению дела по правилам судопроизводства в суде первой инстанции и привлек к участию в деле в качестве соответчика общество "Сони Электроникс".

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2013 решение суда первой инстанции отменено, оспариваемый договор поручительства признан недействительным, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Федерального арбитражного суда Московского округа от 17.03.2014 постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Общество "Сони Электроникс" обратилось в Высший Арбитражный суд Российской Федерации с заявлением о пересмотре постановлений суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа в порядке надзора, в котором просит эти судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение арбитражными судами норм материального права, решение суда первой инстанции оставить в силе.

В отзыве на заявление Зубков А.А. просит оставить оспариваемые судебные постановления без изменения как соответствующие действующему законодательству.

На основании части 4 статьи 2 Федерального закона от 28.06.2014 N 186-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" заявление общества "Сони Электроникс" передано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации для рассмотрения в соответствии со статьей 273 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по правилам, установленным статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2014 (судья Разумов И.В.) жалоба (заявление) общества "Сони Электроникс" с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в жалобе (заявлении), отзыве на нее и выступлениях присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации считает, что постановления суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа подлежат отмене в части по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и усматривается из материалов дела, Зубков А.А. и Морозов П.В. являлись акционерами общества "Фототехника-почтой", каждый из которых владел 50- процентным пакетом акций названного общества. Кроме того, Зубков А.А. и Морозов П.В. также являлись участниками общества "Фотосинтез". Каждый из них владел долями в размере 50 процентов уставного капитала общества "Фотосинтез".

Между обществом "Фототехника-почтой" (поручителем) и обществом "Сони Электроникс" (кредитором) 30.08.2012 заключен договор поручительства N 54, по условиям которого общество "Фототехника-почтой" обязалось солидарно отвечать перед обществом "Сони Электроникс" (продавцом) за исполнение обществом "Фотосинтез" (покупателем) обязательств по отплате поставленной продукции торговой марки "Sony".

Общество "Сони Электроникс" поставило обществу "Фотосинтез" товар стоимостью свыше 90 000 000 рублей, который был принят последним, но не оплачен.

Впоследствии определением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2013 по делу N А40-63662/13 в отношении основного должника - общества "Фотосинтез" - по его заявлению возбуждено дело о несостоятельности по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

Сославшись на недействительность договора поручительства ввиду несоблюдения установленного Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах) порядка одобрения крупных сделок, Зубков А.А. как акционер общества "Фототехника-почтой" обратился в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении требований Зубкова А.А., суд первой инстанции исходил из того, что спорный договор был совершен в рамках обычной хозяйственной деятельности общества "Фототехника-почтой", он не требовал одобрения, а факт нарушения прав и законных интересов Зубкова А.А. этой сделкой документально не подтвержден.

Отменяя решение суда первой инстанции и признавая договор поручительства недействительным, суд апелляционной инстанции указал, в частности, на недоказанность факта заключения обеспечительной сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности общества "Фототехника-почтой", констатировал наличие у этой сделки признаков крупности и отсутствие свидетельств ее одобрения, счел, что совершение данной сделки повлекло за собой причинение убытков обществу "Фототехника-почтой" и его акционеру, обратившемуся с иском.

При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы общества "Сони Электроникс" о злоупотреблении правом со стороны Зубкова А.А.

Арбитражный суд округа согласился выводами суда апелляционной инстанции.

Между тем судом апелляционной инстанции и арбитражным судом округа не учтено следующее.

Спорная крупная обеспечительная сделка, как установил суд апелляционной инстанции, одновременно являлась сделкой, в совершении которой имелась заинтересованность всех акционеров общества "Фототехника- почтой". Поэтому к порядку ее одобрения, действительно, подлежали применению положения законодательства о крупных сделках (пункт 5 статьи 79, пункт 2 статьи 81 Закона об акционерных обществах).

В материалах дела отсутствуют доказательства одобрения договора поручительства по правилам статьи 79 Закона об акционерных обществах.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения приведенных требований арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу приведенной нормы для защиты нарушенных прав потерпевшего от злоупотребления арбитражный суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

В рассматриваемом случае расположенные по одному адресу должник и поручитель имели общих акционеров (участников) - Зубкова А.А. и Морозова П.В., каждый из которых обладал 50 процентами общего количества голосов, приходящихся на акции, доли данных юридических лиц. Указанные организации преследовали общую хозяйственную цель по реализации фотоаппаратуры, оптических и точных приборов с использованием комбинированного товарного знака "Fotoru".

При этом Зубков А.А. исходя из объема его участия в уставном капитале общества "Фотосинтез" не мог не знать о крупных поставках товаров обществом "Сони Электроникс" на значительные суммы. Сами поставки Зубков А.А. не оспаривал, не ставил под сомнение их целесообразность, не извещал поставщика о нарушении его прав и законных интересов, соглашаясь с приемкой товаров.

Зубков А.А., будучи заинтересованным в получении товаров от общества "Сони Электроникс", имел реальный экономический интерес и в выдаче поручительства, от наличия которого зависела сама возможность фактического приобретения техники, что, в свою очередь, определяло предпринимательскую деятельность юридических лиц, подконтрольных Зубкову А.А. и Морозову П.В., общая суть которой сводилась к розничной продаже полученных товаров.

Ранее (в 2007 и 2011 г.г.) общество "Фототехника-почтой" уже выдавало поручительства обществу "Сони Электроникс" на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обществом "Фотосинтез" обеспеченного обязательства по оплате аналогичных товаров.

В ходе рассмотрения настоящего дела Зубков А.А. не ссылался на возникновение корпоративного конфликта между ним и Морозовым П.В., являвшимся помимо прочего руководителем общества "Фототехника-почтой". Зубков А.А. и общество "Фототехника-почтой" заняли по спору консолидированную позицию. Так, общество "Фототехника-почтой" требования Зубкова А.А. признало.

При изложенных обстоятельствах оспаривание Зубковым А.А. договора поручительства в ситуации, когда, по сути, неплатежеспособный основной должник, в значительной части контролируемый тем же Зубковым А.А. уже получил фотоаппаратуру и приборы без внесения оплаты, направлено на освобождение подконтрольного тому же Зубкову А.А. и обладающего реальными активами общества "Фототехника-почтой" от исполнения договорных обязательств по обеспечительной сделке, что представляет собой использование корпоративных правил об одобрении крупных сделок исключительно в целях причинения вреда обществу "Сони Электроникс".

Такие интересы Зубкова А.А. не подлежат судебной защите в силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускающего возможность извлечения выгоды из недобросовестного поведения.

Допущенные при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции и арбитражным судом округа нарушения норм материального права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита прав и законных интересов общества "Сони Электроникс" в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем обжалуемые судебные постановления следует отменить в части, касающейся удовлетворения исковых требований, на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с принятием в отмененной части нового судебного акта об отказе в иске.

В части отмены решения суда первой инстанции по безусловному основанию и в части отказа в удовлетворении требования Зубкова А.А. о применении последствий недействительности сделки постановления суда апелляционной инстанции и арбитражного суда округа являются правильными и отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 291.11 - 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2013 по делу N А40-74217/2013 Арбитражного суда города Москвы и постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 17.03.2014 в части признания недействительным договора поручительства от 30.08.2012 N 54, заключенного открытым акционерным обществом "Фототехника-почтой" и закрытым акционерным обществом "Сони Электроникс", отменить.

В отмененной части в удовлетворении искового требования Зубкова Алексея Александровича отказать.

В остальной части постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2013 и постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 17.03.2014 оставить без изменения.

Настоящее определение вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке надзора в Верховный Суда Российской Федерации в трехмесячный срок.

 

Председательствующий судья

И.В.РАЗУМОВ

 

Судья

Д.В.КАПКАЕВ

 

Судья

О.Ю.ШИЛОХВОСТ

 

 

 

  • Требование страховщика о представлении документа, который заведомо не может быть представлен по независящим от потерпевшего обстоятельствам, может быть квалифицировано как злоупотребление правом.
  • Примечание. Акт принят до внесения изменений в ст. 10 ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ. Вывод делался на основании норм права в сфере обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕот 21 июля 2011 г. N ГКПИ11-732

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю.,

при секретаре С.,

с участием прокурора Масаловой Л.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению М. о признании частично недействующими подпункта "а" пункта 61, абзаца первого пункта 62 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 мая 2003 г. N 263,

 

установил:

 

Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 мая 2003 г. N 263 утверждены Правила обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - Правила), определяющие типовые условия, в соответствии с которыми заключается договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования). Раздел IX Правил регламентирует определение размера подлежащих возмещению убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего.

Подпунктом "а" пункта 61 Правил закреплено, что при причинении вреда имуществу потерпевшего (транспортным средствам, зданиям, сооружениям, постройкам, иному имуществу физических, юридических лиц), кроме документов, предусмотренных пунктом 44 Правил, потерпевший представляет документы, подтверждающие право собственности потерпевшего на поврежденное имущество либо право на страховую выплату при повреждении имущества, находящегося в собственности другого лица. В силу абзаца первого пункта 62 Правил потерпевший представляет страховщику оригиналы документов, предусмотренных пунктом 61 Правил, либо их копии, заверенные нотариально, или выдавшим документы лицом (органом), или страховщиком.

М. обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании приведенных норм Правил недействующими со дня принятия в части, обязывающей представить в страховую компанию подлинные документы, подтверждающие право собственности потерпевшего на личное поврежденное имущество. В заявлении указано, что Правила в оспариваемой части противоречат статье 493 Гражданского кодекса Российской Федерации и препятствуют реализации права потерпевшего на получение страховой выплаты в части возмещения вреда, причиненного его имуществу. На основании оспариваемых норм страховая компания отказала М. в выплате страхового возмещения за поврежденные в результате дорожно-транспортного происшествия личные вещи (одежда, обувь, сумка), ссылаясь на то, что она не представила подлинные кассовые и (или) товарные чеки и договоры купли-продажи на поврежденные вещи.

Заявительница в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представитель Правительства Российской Федерации Н. заявление М. не признал, пояснив, что оспариваемые положения не противоречат законодательству Российской Федерации, а нарушение прав заявительницы явилось следствием их ошибочного применения страховщиком, который неправомерно потребовал у нее кассовые или товарные чеки на ее поврежденное имущество, хотя указанные чеки право собственности потерпевшего на поврежденное имущество не удостоверяют.

Выслушав объяснения представителя заинтересованного лица и изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., просившей отказать заявительнице в удовлетворении ее требований, суд находит заявление М. не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств определяются Федеральным законом от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Федеральный закон).

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Пунктами 1, 2 статьи 5 Федерального закона установлено, что порядок реализации определенных Федеральным законом и другими федеральными законами прав и обязанностей сторон по договору обязательного страхования устанавливается Правительством Российской Федерации в правилах обязательного страхования, которые наряду с другими положениями включают в себя порядок определения размера подлежащих возмещению убытков и осуществления страховой выплаты.

Из приведенных законоположений видно, что Правительство Российской Федерации имело полномочия на утверждение Правил. При этом предписание Правил о том, что в случае причинения вреда имуществу потерпевшего (транспортным средствам, зданиям, сооружениям, постройкам, иному имуществу физических, юридических лиц) он представляет страховщику документы, подтверждающие его право собственности на поврежденное имущество, согласуется как с пунктом 2 статьи 13 Федерального закона, закрепляющим, что страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы, так и с пунктом 2 статьи 12 Федерального закона, устанавливающим, что при причинении вреда имуществу потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату, обязан предоставить поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра и (или) организации независимой экспертизы (оценки) в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению убытков.

Определяя размер подлежащих возмещению убытков, страховщик должен быть уверен в принадлежности поврежденного имущества именно потерпевшему. Поэтому в случаях, когда по действующему законодательству право собственности граждан на определенное имущество должно подтверждаться соответствующими правоустанавливающими документами, возложение на потерпевших обязанности по представлению страховщику таких документов не может быть признано неправомерным.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. Отсутствие у покупателя указанных документов не лишает его возможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение заключения договора и его условий.

С утверждением заявительницы о том, что Правила в оспариваемой части противоречат указанной норме и неправомерно возлагают на потерпевшего обязанность представить страховщику кассовые или товарные чеки на поврежденное имущество, суд согласиться не может.

Во-первых, исходя из содержания приведенной статьи кассовый или товарный чек подтверждают не право собственности на имущество, а удостоверяют факт заключения договора розничной купли-продажи и момент его заключения. Как правило, фамилия, имя, отчество покупателей в кассовых и товарных чеках не указываются и покупатели не обязаны хранить эти чеки. В связи с этим отождествление кассового (товарного) чека с документом, подтверждающим право собственности потерпевшего на уничтоженное (поврежденное) имущество, является ошибочным.

Во-вторых, Правила не называют кассовый или товарный чек в качестве документов, подтверждающих право собственности потерпевшего на поврежденное имущество. Как указывает заявительница, такой вывод сделал страховщик, отказав ей в страховой выплате за поврежденное имущество.

В-третьих, по смыслу оспариваемых предписаний представление потерпевшим документов, подтверждающих право собственности на поврежденное имущество, может иметь место в тех случаях, когда наличие таких документов предусмотрено действующим законодательством Российской Федерации. В настоящее время наличие таких документов предусмотрено лишь в отношении некоторых категорий имущества физических лиц (в частности, недвижимое имущество, транспортные средства), имеющих в большинстве случаев высокую стоимость. В отношении иного имущества физических лиц, включая одежду и обувь, наличие документов, подтверждающих право собственности на него, не предусмотрено, в связи с чем подтверждением права потерпевшего на него для целей получения страховой выплаты может служить сам факт наличия такого имущества у потерпевшего, при отсутствии фактов, явно свидетельствующих об обратном. Согласно пункту 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Требование страховщика о представлении документа, который заведомо не может быть представлен по объективным, не зависящим от потерпевшего обстоятельствам, может быть квалифицировано как злоупотребление правом.

С учетом изложенного Правила в оспариваемой части положениям Федерального закона или каких-либо иных нормативных правовых актов, имеющих большую юридическую силу, не противоречат и не препятствуют потерпевшим реализовать право на получение страховой выплаты в части возмещения вреда, причиненного их имуществу. Неправильное применение оспариваемых предписаний страховщиком не является основанием для признания их недействующими. Заявительница не лишена возможности оспорить действия страховщика в соответствующем суде с соблюдением правил территориальной и родовой подсудности.

В силу части первой статьи 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

Руководствуясь статьями 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации

 

решил:

 

М. в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение десяти дней со дня его изготовления судом в окончательной форме.

 

Судья Верховного Суда

 

 

  • Отказ во взыскании неустойки, убытков и штрафа на основании ст. 10 ГК РФ с указанием в судебном акте, что взыскание штрафных санкций, значительно превышающих сумму основного долга, неизбежно приведет к негативным последствиям, которые несоразмерны нарушенным правам истца, не соответствует нормам процессуального и материального права. В этом случае не указывалось на то, в чем конкретно выразилось злоупотребление правом, почему обращение истца с заявленными требованиями при ненадлежащем исполнении обязательств ответчиком свидетельствует о намерении истца причинить вред.

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 мая 2014 г. N 18-КГ14-42

 

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Назаровой А.М., Гетман Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Мухаметнурова Д.И. к открытому страховому акционерному обществу "Россия" о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, убытков, штрафа и по встречному иску открытого страхового акционерного общества "Россия" к Мухаметнурову Д.И. о взыскании задолженности по уплате страхового взноса по кассационной жалобе Мухаметнурова Д.И. на решение Первомайского районного суда г. Краснодара от 4 апреля 2013 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горшкова В.В., представителя Мухаметнурова Д.И. - Куликовского М.Ю., поддержавшего доводы жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Мухаметнуров Д.И. обратился с иском к ОСАО "Россия" о взыскании суммы страхового возмещения, неустойки, убытков, штрафа. В обоснование заявленных требований указал, что 21 декабря 2007 г. между ним и ОСАО "Россия" заключен договор личного и имущественного страхования на срок до 27 декабря 2022 г., предметом которого являлось страхование имущественных интересов Страхователя (Заинтересованного лица, Выгодоприобретателя), связанных с причинением вреда жизни и здоровью Застрахованного лица в результате несчастного случая и/или болезни (заболевания), а также владением, пользованием и распоряжением Страхователем недвижимым имуществом. В части личного страхования застрахованы жизни и здоровье Мухаметнурова Д.И., в части имущественного - квартира, расположенная по адресу: г. <...>, ул. <...>, приобретенная на денежные средства в размере <...> руб., полученные истцом по кредитному договору от 20 декабря 2007 г., заключенному с АКБ "Московский Банк Реконструкции и Развития".

В период действия договора страхования 5 февраля 2009 г. Мухаметнурову Д.И. установлена вторая группа инвалидности, в связи с чем 14 марта 2009 г. он обратился к Страховщику с заявлением о наступлении страхового события и выплате страхового возмещения, которое последним оставлено без удовлетворения.

С учетом уточнения исковых требований Мухаметнуров Д.И. просил взыскать с ОСАО "Россия" сумму страховой выплаты в размере <...> руб. <...> коп., договорную неустойку <...> руб. <...> коп., убытки в сумме <...> руб. <...> коп., неустойку на основании статьи 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" в размере <...> руб. <...> коп., проценты за пользование чужими денежными средствами <...> руб. <...> коп., а также штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

ОСАО "Россия" обратилось со встречным иском к Мухаметнурову Д.И. о взыскании задолженности по уплате страхового взноса, мотивировав требования тем, что Мухаметнуров Д.И. в нарушение графика уплаты страховой премии, не исполнил обязанность по уплате очередного страхового взноса за период страхования с 25 декабря 2010 г. по 24 декабря 2011 г. в сумме <...> руб. <...> коп. 6 сентября 2011 года ОСАО "Россия" уведомил истца о досрочном расторжении договора в связи с задержкой уплаты страхового взноса, о чем также известил АКБ "Московский Банк Реконструкции и Развития". ОСАО "Россия" просило взыскать с Мухаметнурова Д.И. сумму страхового взноса <...> руб. <...> коп.

Решением Первомайского районного суда г. Краснодара от 4 апреля 2013 года исковые требования Мухаметнурова Д.И. удовлетворены частично.

С ОСАО "Россия" в пользу Мухаметнурова Д.И. взысканы страховая выплата <...> руб. <...> коп., убытки в размере <...> руб. <...> коп., неустойка в размере <...> руб., штраф в размере <...> руб. <...> коп., а всего <...> руб. <...> коп.

В удовлетворении встречных исковых требований ОСАО "Россия" отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г. решение суда оставлено без изменения, исключено из резолютивной части решения суда указание о взыскании с ОСАО "Россия" в пользу Мухаметнурова Д.И. суммы убытков в размере <...> руб. <...> коп., неустойки в размере <...> руб., штрафа в сумме <...> руб. <...> коп.

В кассационной жалобе поставлен вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г. и изменения решения Первомайского районного суда г. Краснодара от 4 апреля 2013 г. в части.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2014 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе и в возражениях на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены в кассационном порядке апелляционного определения Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены при рассмотрении данного дела судебной коллегией по гражданским делам Краснодарского краевого суда.

Судом установлено, что 21 декабря 2007 г. Мухаметнуровым Д.И. и ОСАО "Россия" заключен договор личного и имущественного страхования на срок до 27 декабря 2022 г., предметом которого являлось страхование жизни и здоровья Мухаметнурова Д.И., в части имущественного страхования - квартира, расположенная по адресу: г. <...> кв. <...>, приобретенная на денежные средства в размере <...> рублей, полученные истцом по кредитному договору, заключенному 20 декабря 2007 г. с АКБ "Московский Банк Реконструкции и Развития".

В период действия договора страхования 5 февраля 2009 г. Мухаметнурову Д.И. установлена вторая группа инвалидности, в связи с этим 14 марта 2009 г. он обратился к ОСАО "Россия" с заявлением о наступлении страхового события и выплате страхового возмещения. ОСАО "Россия", полагая, что заявленный Мухаметнуровым Д.И. случай не является страховым, оставило его заявление без удовлетворения.

Разрешая спор и удовлетворяя требования Мухаметнурова Д.И. частично, суд первой инстанции исходил из того, что установление Мухаметнурову Д.И. второй группы инвалидности, подтвержденное соответствующей справкой МСЭ-2007 N <...> ФГУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Краснодарскому краю", является страховым событием, однако ОСАО "Россия" в нарушение условий договора страхования не произвело выплату страхового возмещения, что повлекло нарушение прав Мухаметнурова Д.И. и причинение ему убытков.

При этом суд посчитал обоснованными требования истца о взыскании с ОСАО "Россия" страховой выплаты в сумме <...> руб. <...> коп., убытков в виде процентов за пользование кредитом за период неправомерного отказа в выплате страхового возмещения в размере <...> руб. <...> коп., неустойки в размере <...> руб., снизив ее размер на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере <...> руб. <...> коп., а встречные исковые требования ОСАО "Россия" к Мухаметнурову Д.И. о взыскании задолженности по уплате страхового взноса необоснованными.

Оставляя решение суда первой инстанции без изменения, судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда согласилась с выводом районного суда о том, что ОСАО "Россия" не исполнило надлежащим образом свои обязательства по договору страхования, в связи с этим признала правомерным взыскание страховой выплаты в сумме <...> руб. <...> коп. Вместе с тем, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционная коллегия исключила из решения суда вывод о взыскании неустойки, убытков и штрафа, указав, что данные требования существенным образом нарушают права и интересы ОСАО "Россия", так как взыскание штрафных санкций значительно превышающих сумму страхового возмещения неизбежно приведет к негативным последствиям, которые несоразмерны нарушенным правам истца.

С определением суда апелляционной инстанции согласиться нельзя, поскольку судом второй инстанции допущены нарушения норм процессуального права, так как, указав в определении, что решение суда первой инстанции оставлено без изменения, судебная коллегия по гражданским делам краевого суда существенно изменила его.

Так, полномочия суда апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционных жалобы, представления определены статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, их перечень является исчерпывающим.

Обжалуемым определением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения с исключением из резолютивной части решения указаний о взыскании с ОСАО "Россия" в пользу Мухаметнурова Д.И. суммы убытков в размере <...> руб. <...> коп., неустойки в размере <...> руб., штрафа в сумме <...> руб. <...> коп.

Таким образом, несмотря на то, что в резолютивной части апелляционного определения содержится указание об оставлении решения суда без изменения, суд апелляционной инстанции фактически изменил не только резолютивную часть решения суда первой инстанции, касающуюся убытков, неустойки и штрафа, но и его мотивировочную часть, в которой обосновал свои выводы об отказе в удовлетворении вышеназванных требований истца.

Вместе с тем требований заявленных в судебном заседании суд второй инстанции не разрешил.

Однако из содержания статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что оставление судом апелляционной инстанции решения суда первой инстанции без изменения не предполагает изменение его мотивировочной и резолютивной частей.

Вследствие таких нарушений норм процессуального права определение суда апелляционной инстанции содержит взаимоисключающие положения.

Кроме того, судом апелляционной инстанции существенно нарушены нормы материального права, а именно статьи 10, 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей".

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. При этом в мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела; доводы по которым суд отвергает те или иные доказательства.

Придя к выводу о злоупотреблении Мухаметнуровым Д.И. своим правом, судебная коллегия не указала, в чем конкретно оно выразилось, почему обращение истца с требованиями о взыскании неустойки, убытков и штрафа, предусмотренных нормами гражданского права, при ненадлежащем исполнении обязательств ОСАО "Россия", свидетельствует именно о намерении Мухаметнуровым Д.И. причинить вред.

По требованиям, заявленным Мухаметнуровым Д.И. на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определение суда второй инстанции выводов не содержит.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что указанные обстоятельства и нормы материального, а также процессуального права не были учтены судом апелляционной инстанции при вынесении обжалуемого определения, что привело к нарушению прав и законных интересов Мухаметнурова Д.И.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г. с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 2 июля 2013 г. отменить, направить дело на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда.

 

 

  • Отказ бывшего члена семьи нанимателя дать согласие на приватизацию занимаемого им жилого помещения, если возможность такого отказа прямо предусмотрена законом, не может рассматриваться как злоупотребление правом.

Примечание. Акт принят до внесения изменений в ст. 10 ГК РФ в соответствии с Федеральным законом от 30.12.2012 N 302-ФЗ.

 

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 6 марта 2012 г. N 5-В11-127

 

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Пчелинцевой Л.М. и Харланова А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании 6 марта 2012 г. гражданское дело по иску Маркиной Т.А., Курбаналиевой Н.Г., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Курбаналиевой А.А., <...> года рождения, и Курбаналиевой Т.А., <...> года рождения, к Курбаналиеву А.К. о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации

по надзорной жалобе Курбаналиева А.К. на решение Зюзинского районного суда г. Москвы от 16 декабря 2010 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 февраля 2011 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М., объяснения Курбаналиева А.К., поддержавшего доводы надзорной жалобы, Лукашенко А.А. - представителя Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы, полагавшей доводы надзорной жалобы обоснованными,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

 

установила:

 

Маркина Т.А., Курбаналиева Н.Г., действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Курбаналиевой А.А., <...> года рождения, и Курбаналиевой Т.А., <...> года рождения, обратились с иском к Курбаналиеву А.К. о признании права собственности в порядке приватизации на квартиру, расположенную по адресу: г. <...>, указав, что по договору социального найма Маркина Т.А. является нанимателем данной квартиры, в которой совместно с ней зарегистрированы и проживают ее дочь Курбаналиева Н.Г. (истец по делу), внучки Курбаналиева А.А., Курбаналиева Т.А., а также бывший муж ее дочери Курбаналиев А.К. (ответчик по делу). Квартира состоит из четырех комнат общей площадью 95,8 кв. метра, жилой площадью - 63,6 кв. метра. Курбаналиев А.К. проживает периодически в изолированной комнате жилой площадью 17,8 кв. метра. Обязанностей по договору социального найма ответчик не выполняет, не оплачивает коммунальные платежи, ремонт не производит. Курбаналиев А.К. воспитанием детей не занимается, нарушает их права, между проживающими в квартире возникла конфликтная ситуация, совместное проживание в одном жилом помещении невозможно. В течение более двух лет истцы ведут переговоры с ответчиком по поводу приватизации спорного жилого помещения, однако от дачи согласия на приватизацию квартиры он отказывается, что, по мнению истцов, вызвано намерением ответчика причинить им вред и носит исключительно корыстный характер (стремится за счет истцов приобрести в собственность 1-комнатную квартиру).

Решением Зюзинского районного суда г. Москвы от 16 декабря 2010 г. иск удовлетворен. За Маркиной Т.А., Курбаналиевой Н.Г., Курбаналиевой А.А., <...> года рождения, Курбаналиевой Т.А., <...> года рождения, и Курбаналиевым А.К. признано право собственности по 1/5 доле за каждым на квартиру <...> в доме <...> в порядке приватизации.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 февраля 2011 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В надзорной жалобе Курбаналиев А.К. ставит вопрос об отмене вынесенных судебных постановлений, как незаконных, и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

По результатам изучения доводов надзорной жалобы Курбаналиева А.К. 7 декабря 2011 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации и ее же определением от 1 февраля 2012 г. надзорная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ "О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации" апелляционные, кассационные и надзорные жалобы и представления прокурора, не рассмотренные на день вступления в силу настоящего Федерального закона, рассматриваются по правилам, действовавшим на день их подачи в суд соответствующей инстанции.

Поскольку надзорная жалоба Курбаналиева А.К., поданная им 21 октября 2011 г., не была рассмотрена на день вступления в силу указанного Федерального закона (1 января 2012 г.), то она рассматривается по правилам гл. 41 ГПК РФ (Производство в суде надзорной инстанции) в редакции, действующей до 1 января 2012 г.

Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены судебных постановлений в порядке надзора.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенное нарушение норм материального права было допущено судами первой и второй инстанций, которое выразилось в следующем.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, четырехкомнатная квартира, находящаяся по адресу: г. <...>, <...>, была предоставлена Маркиной Т.А. по договору социального найма на состав семьи из пяти человек, с учетом зятя Курбаналиева А.К., который с 13 февраля 2001 г. постоянно зарегистрирован в спорном жилом помещении в качестве члена семьи нанимателя.

Решением мирового судьи судебного участка N 19 г. Москвы от 8 ноября 2005 г. брак между Курбаналиевым А.К. и Курбаналиевой Н.Г. был расторгнут. После расторжения брака Курбаналиев А.К. продолжает проживать в спорном жилом помещении.

Суд, удовлетворяя исковые требования Маркиной Т.А. и Курбаналиевой Н.Г. и признавая право собственности по 1/5 доли на квартиру за истцами, несовершеннолетними Курбаналиевой А.А. и Курбаналиевой Т.А. и ответчиком Курбаналиевым А.К. в порядке приватизации, исходил из вывода о том, что, не давая согласие на приватизацию истцами спорной квартиры, требуя предоставления ему в обмен на такое согласие другое жилое помещение, Курбаналиев А.К. действует недобросовестно, злоупотребляя принадлежащим ему правом, а потому право Курбаналиева А.К. выражать согласие на приватизацию не подлежит признанию и защите. Суд также указал на то, что действия ответчика противоречат интересам несовершеннолетних детей.

С данными выводами суда первой инстанции согласился суд второй инстанции.

Однако Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что с выводами судов первой и второй инстанций согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.

Согласно ст. 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии со ст. 69 ЖК РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2 ст. 69 ЖК РФ).

Если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи (ч. 4 ст. 69 ЖК РФ).

Из содержания приведенных норм Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" и ЖК РФ следует, что приватизация жилого помещения возможна только при наличии согласия на приватизацию всех совершеннолетних членов семьи нанимателя, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет. При этом равное право члена семьи нанимателя дать такое согласие или нет не ставится законом в зависимость от добросовестности осуществления данного права или иных условий и не становится его обязанностью при наличии согласия остальных членов семьи нанимателя.

В связи с тем, что ответчик Курбаналиев А.К. является бывшим членом семьи нанимателя Маркиной Т.А. и продолжает проживать в жилом помещении, то он имеет в соответствии с законом равные с нанимателем права на жилое помещение. Одно из таких прав - дача согласия на приватизацию жилого помещения, которая является именно правом, но не обязанностью ответчика. Поскольку приватизация жилого помещения возможна только при обязательном наличии согласия на приватизацию всех совершеннолетних членов семьи нанимателя, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, то на приватизацию квартиры требовалось согласие Курбаналиева А.К.

Однако суд, удовлетворяя исковые требования Маркиной Т.А. и Курбаналиевой Н.Г. к Курбаналиеву А.К. о признании права собственности в порядке приватизации на квартиру, руководствуясь при принятии решения п. п. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ (в соответствии с которой не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах), расценил отказ Курбаналиева А.К. дать согласие на приватизацию занимаемого им жилого помещения как злоупотребление правом с целью приобретения другого жилого помещения.

Между тем, по смыслу ст. 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", член семьи нанимателя вправе выразить как свое согласие на получение жилья в собственность, так и несогласие с этим. Вместе с тем, предусматривая согласие членов семьи нанимателя как необходимое условие приватизации, законодатель не ставит необходимость получения такого согласия в зависимость от каких-либо условий и в случае отказа члена семьи дать такое согласие не требует установления причин или мотивов подобного волеизъявления, поскольку они не влекут за собой никаких правовых последствий.

В противном случае любое несогласие кого-либо из членов семьи нанимателя на приватизацию квартиры можно рассматривать как злоупотребление правом, поскольку такое несогласие всегда будет препятствовать осуществлению права других членов семьи нанимателя на получение жилья в собственность.

Отказ Курбаналиева А.К. дать согласие на приватизацию занимаемого им жилого помещения, возможность которого прямо предусмотрена законом (ст. 2 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", ст. 69 ЖК РФ), не может рассматриваться как злоупотребление правом. В то время как именно на это ссылались суды первой и второй инстанций.

Кроме того, суд первой инстанции своим решением возложил на Курбаналиева А.К. обязанность иметь в собственности жилое помещение, тем самым фактически понудив к заключению договора о передаче жилья в собственность в нарушение ч. 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации (о праве частной собственности), ч. 2 ст. 1 (о свободе установления гражданами своих прав и обязанностей на основе договора) и ч. 1 ст. 421 ГК РФ (о свободе договора), тогда как ни ГК РФ, ни ЖК РФ, ни Законом Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" не предусмотрено возможности возложения на граждан обязанности по приобретению жилого помещения в собственность в порядке приватизации.

Исходя из изложенного вынесенные по данному делу судебные постановления судов первой и второй инстанций Судебная коллегия признает незаконными. Они вынесены с существенным нарушением норм материального права, повлиявшим на исход дела, без его устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Курбаналиева А.К., что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для их отмены.

Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, Судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, не передавая дело для нового рассмотрения, принять новое решение, отказав в удовлетворении иска Маркиной Т.А. и Курбаналиевой Н.Г., поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении и толковании норм материального права.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 387, 388, 390 ГПК РФ,

 

определила:

 

решение Зюзинского районного суда г. Москвы от 16 декабря 2010 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 24 февраля 2011 г. отменить и вынести по делу новое решение, по которому в удовлетворении иска Маркиной Т.В., Курбаналиевой Н.Г., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Курбаналиевой А.А., <...> г. рождения и Курбаналиевой Т.А., <...> г. рождения, к Курбаналиеву Ахмеду Курбаналиевичу о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации отказать.

Запись на консультацию
Адрес:
410004, Россия, г. Саратов, ул. Чернышевского д. 60/62 оф. 509.

Здание "Фрегат" напротив бассейна "Саратов", (район ледового дворца спорта «Кристалл», район Городского парка.)
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика